Экономика Киргизии демонстрирует феноменальную динамику: по сведениям Азиатского банка развития, в минувшем году рост национального ВВП составил впечатляющие 11%. Однако за этим триумфом стоит неоднозначный фактор. Как сообщает издание The New York Times, опираясь на мнения местных экспертов, чиновников и бизнесменов, ключевым двигателем прогресса стал масштабный реэкспорт товаров в обход западных ограничений, наложенных на Россию.
В последние четыре года доля этой «схемы» в общем экономическом подъеме страны варьировалась от 30% до 40%. Через киргизские границы в российские пределы направляются не только потребительские товары, но и сложная техника, электроника и оборудование, которое может иметь двойное назначение. Конечно, не обошлось и без других факторов: бурное развитие криптосферы, расширение финансового сектора, высокие котировки на золото и массированные госвложения в инфраструктуру также подстегнули показатели.
Сегодня Бишкек буквально охвачен строительным бумом. Реконструкция дорожных сетей, обновление аэропортов и модернизация ключевых объектов инфраструктуры создают видимость небывалого процветания. Предприниматель Чингиз Алканов, возводящий под Бишкеком новый логистический центр, описывает текущую ситуацию метафорой волны, на которой хочется удержаться. Однако оптимизм не все разделяют. Мирлан Акжигитов, возглавляющий застройщика Royal Tower, предостерегает: нынешний подъем — это лишь пик горы, и бесконечно длиться он не может.
Официальный Бишкек старается сместить акценты с реэкспорта на внутренние достижения. Премьер-министр Адылбек Касымалиев подчеркивает, что налоговые и таможенные доходы государства заметно выросли, а объем государственных инвестиций в основной капитал с 2021 года увеличился в 16 раз. По его словам, стратегия страны — это непрерывное развитие, запланированное на ближайшее десятилетие.
Тем не менее, западное сообщество усиливает давление. Под прицелом санкций оказываются киргизские компании, подозреваемые в содействии обходу ограничений. Статистика говорит сама за себя: экспорт из Евросоюза в Киргизию в прошлом году подскочил до $2,5 млрд, что в восемь раз превышает показатели 2021 года (хотя это и меньше прошлогоднего пика в $3,1 млрд).
Премьер Касымалиев настаивает, что власти жестко контролируют поставки товаров, подпадающих под запреты США, Великобритании и ЕС. Он прямо обвиняет некоторых поставщиков в недобросовестности, утверждая, что зачастую сделки проводятся лишь «на бумаге», чтобы в итоге переложить вину за нарушения на Киргизию.
Однако за внешним блеском скрываются серьезные риски. Международный валютный фонд (МВФ) предупреждает о возможном перегреве экономики, на что указывает и текущая инфляция, застывшая на отметке около 11%. Экономист Азамат Акенев отмечает, что плоды этого роста распределяются неравномерно: основную выгоду извлекают строительный, логистический и финансовый секторы, а также лица, имеющие доступ к государственным ресурсам. По его мнению, в стране сформировался новый слой сверхбогатых людей, тесно связанных с властью.
Политическое напряжение нарастает. Еще в феврале Евросоюз потребовал от Бишкека ужесточить надзор за перемещением европейских товаров, видя в республике канал для поставок запрещенного оборудования. В апреле 20-й пакет санкций ЕС принес конкретные последствия: под ограничения попали поставки станков с ЧПУ, а четыре киргизских банка оказались под запретом на проведение транзакций.
В ответ на эти меры Бишкек выразил глубокое сожаление, подчеркнув, что всегда стремится к прозрачному и конструктивному диалогу с ЕС, опираясь на принципы взаимного доверия. Москва же, в лице пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, назвала санкции против Киргизии неоправданными, отметив, что интересы России не должны становиться поводом для наказания республики. В свою очередь, киргизская сторона не исключает возможности судебного разбирательства с Евросоюзом.
