Турция оказалась в эпицентре новой энергетической дискуссии. Европейские столицы всё чаще обращаются к Анкаре с конкретными предложениями по закупке природного газа, однако эти запросы сопровождаются жестким политическим условием: в цепочке поставок не должно быть ни капли российского топлива. Об этом в интервью телеканалу AHaber сообщил министр энергетики Турции Алпарслан Байрактар.
Суть претензий ЕС сводится к поиску альтернативы привычным маршрутам. Европейские партнеры выражают явную заинтересованность в том, чтобы турецкий газ, добываемый на месторождении Сакарья, стал полноценным игроком на рынке. Однако на пути реализации этой амбициозной идеи стоит серьезный технический барьер.
По словам Байрактара, главная сложность заключается в самой физике процесса. Как только газ попадает в общую магистраль, определить его первоначальное происхождение становится практически невозможно.
«Происхождение газа, поступающего в трубопровод, остается неопределенным. Но как только этот ресурс становится объектом коммерческой сделки, на которую накладываются юридические обязательства, мы обязаны документально подтвердить, из какой именно страны он был добыт», — пояснил министр.
Несмотря на растущий интерес Европы к турецким местовышкам, экспортный потенциал Анкары пока ограничен. Глава Минэнерго подчеркнул, что внутренние потребности самой Турции остаются крайне высокими, что не позволяет направлять значительные объемы добычи на внешние рыму.
В то же время Байрактар напомнил о критической роли стратегических артерий, которые обеспечивают энергетическую устойчивость региона. Он отметил, что, несмотря на череду глобальных потрясений — от пандемии коронавируса до украинского конфликта и кризиса в Ормузском проливе — энергетическая безопасность Турции оставалась незыблемой именно благодаря работе систем «Турецкий поток» и «Голубой поток».
Напомним, что «Турецкий поток» — это масштабный проект по транспортировке российского газа через дно Черного моря. Строительство магистрали велось с 2017 по 2019 год, а официальный запуск состоялся 8 января 2020 года. Этот газопровод не только питает Турцию, но и служит важным каналом для стран Юго-Восточной Европы. В свою очередь, «Голубой поток», введенный в эксплуатацию в 2003 году, предназначен для прямой доставки российского газа в Турцию в обход третьих стран.
Хотя «Турецкий поток» формально не находится под прямыми санкциями, он регулярно сталкивается с косвенным давлением. Так, в 2022 году оператор проекта столкнулся с серьезными трудностями: власти Нидерландов временно отозвали экспортные лицензии в рамках санкционной политики ЕС. В Москве подобные действия расценивают как незаконные.
Ситуация осложняется и вопросами физической безопасности инфраструктуры. Россия неоднократно заявляла о попытках диверсий против газопроводов и решительно осуждает подобные действия. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков ранее комментировал атаку беспилотников ВСУ на компрессорную станцию «Краснодарская», которая является важным звеном в цепочке поставок по «Голубому потоку». По словам Пескова, Москва предпринимает максимально возможные меры, чтобы защитить мировую энергосистему от подобных террористических угроз.
