В столице участились случаи выявления несоответствий между уровнем жизни граждан и их официальными заработками. Согласно статистике московской мэрии, в городе проживают около 154 тысяч человек, чей заделокарированный доход равен нулю, однако при этом ими оформлено множество автомобилей, различных активов и десятков объектов недвижимости. Для налоговых органов главным индикатором нарушения является именно дисбаланс между имеющимся в собственности имуществом и отсутствием подтвержденных поступлений.
Механизм проверки строится на косвенных признаках, когда прямые банковские транзакции установить затруднительно. Как пояснил в эфире Радио РБК руководитель налоговой практики адвокатского бюро БВМП Александр Андропов, инспекторы используют расчетный метод: если собственник не предоставляет документы с реальными суммами платежей, налоговая служба самостоятельно оценивает потенциальную прибыль. В таких случаях годовой доход от жилых помещений принимается равным 5% от их кадастровой стоимости, а для объектов коммерческого назначения эта цифра может достигать 20–30%. При наличии у налогоплательщика подтверждающих документов, содержащих фактические данные о переводах, ведомство готово пересмотреть эти расчеты.
Для формирования доказательной базы инспекторы задействуют широкий спектр источников. В процесс мониторинга вовлечены сведения из Росреестра, данные банковских выписок, а также информация, полученная от управляющих компаний, бывших арендаторов и даже соседей. При необходимости к расследованиям могут привлекаться участковые уполномоченные, хотя их роль ограничивается работой по официальному запросу инспекции без проведения самостоятельных обходов жилых помещений.
Первоначально внимание контролирующих органов направлено на лиц, владеющих крупными массивами недвижимости, однако Александр Андропов предупреждает о возможном расширении охвата проверок на владельцев даже двух-трех квартир. Особую зону риска представляет сегмент нежилого фонда. В качестве примера юрист привел случай, когда собственнику восьми гаражей были доначислены налоговые платежи, а его действия были квалифицированы как ведение предпринимательской деятельности.
