Экономические горизонты России на 2026 год выглядят чуть более стабильными, чем предполагалось ранее. Сбербанк представил обновленный прогноз по федеральному бюджету, снизив ожидаемый дефицит на 2026 год до 7 триллионов рублей. О переменах в финансовых ожиданиях рассказал Александр Исаков, занимающий пост старшего управляющего директора и возглавляющий Центр макроэкономических исследований банка, в своем недавнем интервью Reuters.
Если раньше аналитики банка прогнозировали более пессимистичную цифру в районе 7,5 триллионов рублей, то теперь расклад меняется. Причина оптимизма кроется в живой динамике внутреннего рынка: в экономике сохраняется устойчивый потребительский спрос, а приток импорта — в частности, заметный рост поставок автомобилей — подпитывает налоговые поступления. В результате ненефтегазовые доходы государства демонстрируют уверенный рост, что помогает частично компенсировать бюджетный разрыв. Напомним, что дефицит бюджета — это ситуация, когда государству требуется тратить больше, чем оно получает в виде налогов и сборов.
Тем не менее, общая картина бюджетного планирования остается сложной. Министерство финансов готовится представить новый трехлетний бюджет уже этой осенью, однако глава ведомства Антон Силуанов еще в начале лета обозначил реалистичный сценарий: выйти в «ноль» по дефициту удастся не раньше 2029 года. При этом Банк России также представил свои расчеты первичного структурного дефицита, прогнозируя его снижение с 2% ВВП в 2026 году до 1% в 2027-м и до 0,5% в 2028 году.
Александр Исаков высоко оценил прозрачность действий регулятора, назвав новый подход ЦБ к коммуникации с рынком настоящей «революцией». Однако эксперт Сбербанка полагает, что прогнозы Центробанка могут оказаться слишком оптимистичными. В частности, если регулятор ждет снижения структурного дефицита до 1% уже в следующем году, то аналитики Сбербанка прогнозируют более тяжелую цифру — в диапазоне 1,5–2%. Единственная точка соприкосновения в прогнозах на 2028 год — это уровень в 0,5% ВВП.
Говоря о нефтяной составляющей, Исаков озвучил ожидания по новой модели бюджетного правила. По мнению эксперта, «ценой отсечения» в 2027 году должна стать отметка в 50 долларов за баррель. Этот же ориентир заложило и Минэкономразвития. Прогноз предполагает, что цена в 50 долларов сохранится и в 2028 году, а начиная с 2029–2030 годов начнется плановая ежегодная индексация базовой стоимости на 2%.
Однако само бюджетное правило в его нынешнем виде вызывает у экспертов серьезные вопросы. Исаков призывает переосмыслить механизмы накопления избыточных доходов и способы покрытия расходов в периоды, когда нефтяные поступления падают ниже плана.
Валютная часть правила должна была защитить нас от внешних шоков и цен на нефть, снизить неопределенность и стимулировать частные инвестиции, связав финансовый результат с эффективностью бизнеса. Решена ли эта задача на деле? Нет.
Одной из главных угроз эксперт считает чрезмерное укрепление национальной валюты. В мае и июне 2026 года реальный курс рубля продемонстрировал такую же мощную силу, как в период 2012 года, когда страна столкнулась с так называемой «голландской болезнью». Этот экономический феномен, зародившийся в Нидерландах в 1970-х, описывает ситуацию, когда бурный рост сырьевого сектора и приток валюты делают отечественную промышленность неконкурентоспособной, фактически подавляя внутреннее производство. По мнению Исакова, текущие показатели валютного рынка — это прямой сигнал к тому, что механизм бюджетного правила нуждается в глубокой трансформации.
Несмотря на структурные вызовы, текущие налоговые показатели выглядят позитивно. Согласно данным Минфина, за период с января по июль дефицит составил 6,45 трлн рублей. При этом доходы бюджета за полугодие достигли 22,1 трлн рублей, что на 8,8% превышает показатели прошлого года. Рост наблюдается и в ключевых ненефтегазовых сегментах.
Президент России Владимир Путин на майском совещании по экономике также отметил, что реализуемые правительством меры начинают приносить плоды, пусть и с определенной сдержанностью. В июне глава государства подчеркнул, что государство сознательно выбрало путь «охлаждения» экономики, чтобы избежать катастрофической инфляции в 60–70%, как это случалось в ряде других стран. Главный приоритет сейчас — сохранение здоровья и устойчивости всей российской экономической системы.
